В соответствии с постановлением Президента Республики Узбекистан №ПП-122 от 2 апреля 2026 года «О мерах по дальнейшему совершенствованию системы подготовки инженеров сельского и водного хозяйства», с 1 мая 2026 года в Узбекистане вводится обновлённая система подготовки инженеров в области ирригации и водного хозяйства.
Ключевые изменения будут реализованы на базе Ташкентского института инженеров ирригации и механизации сельского хозяйства. Новая модель обучения предусматривает внедрение дуального образования, при котором значительная часть подготовки переносится в реальный сектор. В частности, студенты будут проходить обязательную шестимесячную квалификационную практику на профильных предприятиях, в водохозяйственных организациях и аграрных структурах.
Что меняется
Образовательный процесс будет ориентирован на практико-ориентированное обучение, тесную интеграцию с производством и адаптацию учебных программ под реальные потребности отрасли. Усиливается взаимодействие вузов с работодателями, а также вводится механизм подготовки специалистов с учётом специфики конкретных регионов.
Почему это важно
Реформа обусловлена необходимостью повышения эффективности управления водными ресурсами в условиях изменения климата, роста дефицита воды и увеличения нагрузки на аграрный сектор. Существующая система подготовки кадров не в полной мере обеспечивала формирование практических навыков, необходимых для работы в современных условиях.
Особую актуальность это приобретает для регионов с высокой водной нагрузкой — Приаралья, Ферганской долины, южных областей страны, где требуется внедрение современных ирригационных решений и технологий водосбережения.
Что это даст
Внедрение новой системы позволит:
В долгосрочной перспективе реформа будет способствовать устойчивому развитию сельского хозяйства, повышению эффективности использования водных ресурсов и укреплению продовольственной безопасности страны.
Реализация данных мер рассматривается как важный шаг в формировании современного кадрового потенциала, способного эффективно отвечать на экологические и экономические вызовы, стоящие перед Узбекистаном.
Подготовил:
Адилов Кабулжан Кадирович — Исполнительный директор Общественного объединения Фонд «Agroinnovatsiya»
В рамках проекта в Узбекистане предусматривается организация на базе птицеводческих хозяйств производства гранулированных органо-минеральных удобрений (биокомпоста) и органических удобрений (биогумуса) из куриного помета с одновременным внедрением современных технологий его глубокой переработки, включая использование биогазовых установок. Данное направление приобретает особую актуальность в условиях интенсивного развития агропромышленного комплекса страны, сопровождающегося ростом объемов отходов и усилением экологической нагрузки на окружающую среду.
Птицеводческие предприятия относятся к числу объектов с повышенной экологической опасностью. С увеличением объемов производства пропорционально возрастает и количество образуемых отходов, прежде всего птичьего помета, который при отсутствии эффективной переработки становится источником загрязнения почвы, водных ресурсов и атмосферы. Птичий помет, представляющий собой дисперсную массу влажностью 70–75%, содержит патогенную микрофлору, тяжелые металлы, семена сорных растений и характеризуется высоким содержанием азота. В Узбекистане ежегодный объем образования птичьего помета достигает около 5 млн тонн, в том числе до 2 млн тонн приходится на промышленное птицеводство, при этом наибольшие объемы фиксируются в Ташкентской области — около 550 тыс. тонн и Самаркандской области — около 360 тыс. тонн. Эти показатели свидетельствуют о значительном ресурсном потенциале и одновременно об экологических рисках, требующих системного решения.
Вместе с тем птичий помет является ценным сырьем для производства органических удобрений, содержащих основные элементы питания растений: в свежем виде он включает 1,5–2,5% азота, 1–2% фосфора и около 1% калия. Однако его прямое внесение в почву нецелесообразно, поскольку это может вызывать дисбаланс питания растений, снижение устойчивости к заболеваниям и отсутствие долгосрочного эффекта повышения плодородия. В этой связи особую значимость приобретает внедрение технологий переработки, позволяющих получать обеззараженные и эффективные органические и органо-минеральные удобрения.
Одним из ключевых элементов современной системы переработки органических отходов являются биогазовые установки, обеспечивающие реализацию принципов циркулярной экономики. В процессе анаэробного сбраживания птичьего помета и других органических отходов образуется биогаз, используемый для производства тепловой и электрической энергии, а также дигестат — высокоэффективное органическое биоудобрение. Применение дигестата позволяет повысить урожайность сельскохозяйственных культур на 15–30% и сократить использование минеральных удобрений до 30–40%, одновременно улучшая структуру почвы и ее водоудерживающую способность. При этом дигестат практически не содержит патогенной микрофлоры и семян сорняков, что делает его безопасным для агроэкосистем.
Мировая практика подтверждает высокую эффективность интеграции биогазовых технологий и производства биоудобрений. В Германии функционирует более 9 000 биогазовых установок, в Китае и Индии внедрены миллионы малых биогазовых систем, а в странах Европейского союза развитие органического сельского хозяйства является приоритетом, включая цель доведения его доли до 25% к 2030 году. В целом мировой рынок биоудобрений демонстрирует устойчивый рост: его объем уже превысил 3,5 млрд долларов США, а ежегодные темпы роста составляют 10–12%, с прогнозом увеличения до 7–8 млрд долларов к 2030 году. В ряде стран, таких как Бразилия, применение биологических удобрений позволяет экономить миллиарды долларов за счет снижения использования химических средств, а в Индии действует более 170 предприятий по производству биоудобрений.
Таблица 1. Международные показатели развития биоудобрений и биогазовых технологий
| Показатель | Значение | Комментарий |
| Объем мирового рынка биоудобрений | 3,5+ млрд долл. США | С устойчивым ростом до 7–8 млрд долл. к 2030 г. |
| Среднегодовой рост рынка | 10–12% | Быстрее, чем рынок минеральных удобрений |
| Рост урожайности при использовании биоудобрений | +10–40% | В зависимости от культуры и технологии |
| Снижение использования химических удобрений | 20–50% | При комплексном внедрении биоудобрений |
| Количество биогазовых установок в Европе | >18 000 | Германия — лидер с ~9500 установками |
| Производство биогаза в Европе | ~191 ТВт·ч | Значительный вклад в энергетику |
| Глобальное производство дигестата | ~74 млн тонн | 59% используется как биоудобрение |
| Производство дигестата в ЕС | до 180 млн тонн | Около половины — в Германии |
| Доля дигестата, используемого как удобрение | до 60% | Основное направление использования |
| Количество биогазовых установок в Китае | 26+ млн | Массовое внедрение на уровне домохозяйств |
| Тип биогазовых установок | >90% мезофильные | Наиболее распространенная технология |
Внедрение технологий переработки птичьего помета в органические удобрения, включая биогумус, демонстрирует высокую агрономическую эффективность. Так, если 1 тонна традиционного навоза обеспечивает прибавку урожая зерновых культур на уровне 10–12 кг на сотку, то 1 тонна биогумуса позволяет увеличить урожайность до 100–200 кг, а картофеля — до 1600–1800 кг . При этом эффект сохраняется в течение нескольких лет, а сроки созревания сельскохозяйственных культур сокращаются на 10–15 дней. В целом применение биогумуса повышает урожайность зерновых культур на 30–40%, а овощных — до 70% при норме внесения около 3 тонн на гектар.
Экономический потенциал данного направления также является значительным. В Узбекистане потенциальный внутренний рынок органических удобрений оценивается не менее чем в 4 млн тонн в год, при этом рынок остается недостаточно развитым. Одновременно сохраняется высокий спрос на международных рынках: страны Азии, включая Индию и Китай, заинтересованы в закупке до 5 млн тонн органических удобрений ежегодно, страны Юго-Восточной Азии — до 2 млн тонн, а рынки Ближнего Востока — до 1 млн тонн. Это создает благоприятные условия для развития экспортного потенциала отечественных производителей.
Таблица 2. Статистические показатели и потенциал Узбекистана
| Показатель | Значение | Комментарий |
| Общий объем птичьего помета | ~5 млн тонн/год | Основной ресурс для биоудобрений |
| Объем отходов промышленного птицеводства | до 2 млн тонн/год | Концентрированный источник сырья |
| Ташкентская область | ~550 тыс. тонн/год | Один из крупнейших регионов |
| Самаркандская область | ~360 тыс. тонн/год | Высокая концентрация производства |
| Содержание питательных веществ в помете | N: 1,5–2,5%, P: 1–2%, K: ~1% | Высокая агрономическая ценность |
| Потенциальный рынок биоудобрений | ≥4 млн тонн/год | Практически не развит |
| Рост урожайности (биогумус) | зерновые: +100–200 кг/сотку | Значительно выше традиционного навоза |
| Рост урожайности картофеля | до +1600–1800 кг/сотку | Высокая эффективность |
| Увеличение урожайности (в целом) | зерновые: +30–40%, овощи: до +70% | При внесении ~3 т/га |
| Снижение сроков созревания | на 10–15 дней | Улучшение агрономических показателей |
| Экспортный потенциал | до 5 млн тонн (Индия, Китай) | Высокий спрос на внешних рынках |
В условиях деградации почв и снижения содержания гумуса, вызванных интенсивным использованием минеральных удобрений и пестицидов, внедрение биоудобрений становится ключевым фактором восстановления плодородия. Использование органических и органо-минеральных удобрений, полученных из отходов птицеводства, способствует улучшению физико-химических свойств почвы, восстановлению ее структуры и повышению биологической активности. В сочетании с биогазовыми технологиями это формирует замкнутую систему устойчивого сельского хозяйства, обеспечивающую эффективное использование ресурсов и снижение экологической нагрузки.
Таким образом, разработка и внедрение технологий производства органических и органо-минеральных удобрений с интеграцией биогазовых установок представляет собой стратегически важное направление развития аграрного сектора Узбекистана. Реализация данного подхода позволит перерабатывать значительные объемы отходов, производить экологически чистые удобрения и энергию, снижать зависимость от химических ресурсов, повышать урожайность и конкурентоспособность сельского хозяйства, а также формировать основу для перехода к зеленой экономике и устойчивому развитию страны.
Автор:
Исполнительный директор Общественного объединения Фонд «Agroinnovatsiya»
Кабулжан Адилов
Акебия, известная как «шоколадная лоза» или пятилистная акебия, происходит из стран Восточной Азии — Япония, Китай и Корея. Со временем растение распространилось и за пределы своего природного ареала, включая США, где встречается в восточных регионах. В естественной среде акебия предпочитает холмистые участки, лесные опушки, берега рек и горные склоны.
Это вечнозелёная лиана, способная вырастать до 10 метров, образуя плотные зелёные заросли. Её листья состоят из пяти овальных сегментов с зубчатыми краями, что делает растение не только полезным, но и декоративным.
Стебли акебии имеют серовато-коричневый оттенок и характерную текстуру, а в период цветения растение выделяет тонкий аромат шоколада. Плоды вытянутой формы напоминают небольшие стручки, внутри которых находится сладкая съедобная мякоть.
В Япония плоды акебии ценятся как деликатес: мякоть употребляется в свежем виде, а кожура, обладающая лёгкой горчинкой, используется в качестве приправы. Гибкие стебли растения широко применяются в традиционном ремесле — например, для плетения корзин.
Кроме гастрономической ценности, акебия обладает и полезными свойствами: её стебли содержат до 30% калийных солей, что придаёт им мочегонный эффект. По вкусу плоды напоминают малину, но с лёгким шоколадным ароматом — именно эта особенность и дала растению название «шоколадный виноград».
Почему это важно для Узбекистана и развития агротуризма
В условиях поиска новых нишевых культур и диверсификации сельского хозяйства Узбекистана акебия может стать перспективным направлением для пилотных агропроектов, особенно в предгорных и горных районах страны. Благодаря своей экзотичности и необычным вкусовым качествам, растение способно привлечь внимание как местных потребителей, так и иностранных туристов.
С точки зрения агротуризма, внедрение таких культур открывает возможности для создания уникальных туристических продуктов: демонстрационных садов, гастрономических туров, дегустаций и мастер-классов. Это особенно актуально для развития семейных фермерских хозяйств, экоферм и агротуристических кластеров.
Кроме того, акебия сочетает в себе сразу несколько направлений добавленной стоимости — пищевое использование, ремесленничество и потенциальные лечебные свойства. Это соответствует современным трендам устойчивого и многофункционального сельского хозяйства, а также может стать частью более широкой стратегии продвижения Узбекистана как страны с уникальными агро- и гастрономическими продуктами.
Экономическое обоснование: потенциал урожайности, рынка и экспорта
С экономической точки зрения акебия представляет собой перспективную нишевую культуру с высокой добавленной стоимостью. По данным исследований и практики выращивания в Китае, урожайность акебии может составлять от 1 до 2,5 тонн с гектара в зависимости от условий и агротехнологий . При этом продукт относится к категории премиальных фруктов: на азиатских рынках его стоимость может достигать около 50 юаней за килограмм (примерно 6–7 долларов США), что делает культуру привлекательной для фермеров с точки зрения рентабельности .
Дополнительным преимуществом является многофункциональность продукта. Плоды используются в свежем виде, перерабатываются в джемы, напитки и функциональные продукты, а семена могут служить сырьём для получения масла. Благодаря богатому составу — белкам, витаминам и биоактивным веществам — акебия рассматривается как перспективное сырьё для пищевой и фармацевтической промышленности . Это открывает возможности для создания цепочек добавленной стоимости — от первичного производства до глубокой переработки.
С точки зрения рынка, акебия пока остаётся редким и мало распространённым продуктом за пределами Восточной Азии, что формирует высокий потенциал для экспорта как «экзотического» и премиального фрукта. В условиях растущего глобального спроса на новые вкусы, функциональные продукты и устойчивое сельское хозяйство, Узбекистан может занять нишу поставщика уникальной продукции, ориентированной на рынки Европы, Ближнего Востока и Юго-Восточной Азии.
Для Узбекистана внедрение акебии может стать частью стратегии диверсификации аграрного сектора, особенно в сегменте высокомаржинальных культур. В сочетании с агротуризмом это создаёт двойной эффект: фермеры получают доход не только от продажи продукции, но и от туристических услуг — дегустаций, экскурсий и экопарков. Таким образом, акебия может стать не просто сельскохозяйственной культурой, а элементом новой модели «умного» и устойчивого агробизнеса.
Подготовил:
Адилов Кабулжан Кадирович, Исполнительный директор Общественного объединения Фонд «Agroinnovatsiya»
Пока одни страны строят небоскрёбы и цифровые экосистемы, другие тихо обеспечивают продовольственную безопасность мира — через землю. Именно сельскохозяйственные угодья остаются главным стратегическим ресурсом XXI века, и их распределение на карте планеты говорит гораздо больше, чем кажется на первый взгляд.
Сегодня под сельское хозяйство отведено свыше 46 миллионов квадратных километров — это почти треть всей суши Земли. Но кто же управляет этим ресурсом?
Абсолютным лидером является Китай. Его сельхозугодья превышают пять миллионов квадратных километров — масштаб, сопоставимый с территорией целого континента. При этом около пятой части населения страны занято в аграрном секторе. Китай не просто выращивает — он формирует глобальные продовольственные потоки.
На втором плане — США, Бразилия и Австралия. У каждой из этих стран свой аграрный «почерк». Америка делает ставку на высокотехнологичное производство и экспорт зерновых, Бразилия — на масштабные плантации сои и сахарного тростника, а Австралия, несмотря на засушливый климат, уверенно удерживает позиции благодаря эффективному использованию земель.
Любопытно, что такие гиганты по площади, как Россия и Канада, уступают лидерам по сельхозугодьям. Причина проста: климат. Значительная часть их территорий находится в зонах, где сельское хозяйство либо невозможно, либо экономически нецелесообразно.
Отдельного внимания заслуживает Африка. Почти половина стран в списке крупнейших сельхозземель расположена именно здесь. Судан, Нигерия и Южно-Африканская Республика обладают огромным потенциалом, который пока реализован лишь частично. В будущем именно этот регион может стать новой точкой роста мирового агросектора.
Но главный фактор, который уже меняет правила игры, — это климат. Потепление постепенно сдвигает границы возможного: северные территории, ранее считавшиеся непригодными для земледелия, начинают «оживать». Это означает, что в ближайшие десятилетия глобальная аграрная карта может существенно измениться.
В итоге становится ясно: борьба за землю — это уже не просто вопрос экономики. Это вопрос устойчивости, безопасности и будущего целых регионов. И те страны, которые сегодня умеют эффективно управлять своими сельхозугодьями, завтра будут задавать правила мировой продовольственной системы.
Для Узбекистана вопрос сельскохозяйственных земель — это не просто экономика, а стратегическая основа устойчивого развития страны. В условиях ограниченных водных ресурсов, засоления почв и климатических изменений эффективность использования каждого гектара становится критически важной.
В отличие от стран с обширными территориями, Узбекистан не может конкурировать за счёт масштабов. Его преимущество — в интенсивности, инновациях и рациональном управлении. Это означает переход от традиционного сельского хозяйства к более устойчивым моделям: водосберегающим технологиям, агролесомелиорации, восстановлению деградированных земель и внедрению климатически устойчивых культур.
Особое значение приобретает развитие тугайных экосистем Приаралья, которые выполняют не только экологическую, но и социально-экономическую функцию. Их восстановление открывает возможности для развития экотуризма, создания рабочих мест и повышения устойчивости местных сообществ — подход, который уже активно продвигается в рамках инициатив, подобных проекту Aral Wetlands.
Кроме того, Узбекистан может занять уникальную нишу в регионе Центральной Азии, выступая как центр инноваций в области устойчивого сельского хозяйства и агроэкотуризма. Связка «земля — вода — сообщество — туризм» становится новой моделью развития, способной объединить экологию и экономику.
В условиях глобальных изменений выигрывают не те, у кого больше земли, а те, кто умеет управлять ею умно. И именно здесь у Узбекистана есть все шансы стать региональным лидером.
Подготовил:
Адилов К.К. — Исполнительный директор Общественного объединения Фонд «Agroinnovatsiya»
Первоначально представленный во время ежегодной Европейской недели мобильности как скромная инициатива по продвижению устойчивой мобильности и повышению осведомленности общественности об экологических проблемах, уникальный проект с тех пор превратился в постоянную городскую политику. Первые городские автобусные остановки были озеленены таким образом в 2020 году.
Ботанический сад Люблянского университета с 2020 года занимается высадкой растительности на автобусных остановках в столице Словении (Любляне).
Цель проекта – создание зеленой сети по всему городу, способствующей сохранению растительного биоразнообразия и обеспечивающей источник пищи для опылителей в течение всего вегетационного периода.
Для посадок были выбраны исключительно местные виды растений, произрастающие в Словении и цветущие с ранней весны до поздней осени. Выбранные виды также привлекательны с точки зрения садоводства, образуя небольшие обширные зеленые сады на крышах, имитирующие карстовые скальные выступы, где растения адаптированы к засухе, неглубоким почвам и сильному солнечному свету.
В 2024 и 2025 годах проводился мониторинг восьми выбранных остановок с акцентом на наличие растений, изменения растительного покрова, а также появление спонтанно посеянных видов и инвазивных видов. Результаты показывают, что даже после пяти лет без дополнительного ухода все посадки процветают и остаются привлекательными с точки зрения садоводства.
Разнообразие видов цветет с ранней весны до начала лета. В периоды засухи интенсивность цветения несколько снижается, но не прекращается; осенью навесы снова зеленеют осеннецветущими видами.
Проект был очень хорошо принят общественностью и теперь прочно закрепился в городе. Каждый год высаживается от 10 до 20 новых навесов. К концу 2025 года в общей сложности было озеленено 75 автобусных остановок во всех основных направлениях от центра города до окраин.
Площадь города составляет 274,99 км² . В Любляне на одного жителя приходится 542 м² общественных зеленых зон. Более 46% территории города покрыто лесами, 75% всех зеленых зон, и более 20% зеленых зон находятся под охраной.
Выбор крыш автобусных остановок для озеленения основывался на трех критериях.
Первый критерий заключался в выборе остановок, расположенных в районах с наименьшим количеством зеленых насаждений. Второй критерий — пожелания и инициативы местных жителей о том, чтобы рядом с их автобусной остановкой были озеленены. Третий критерий — более или менее равномерное распределение озелененных остановок по разным частям города.
Перед утверждением посадок необходимо было проверить структурную пригодность каждой остановки и ее способность выдерживать нагрузку зеленой крыши и возможный снежный покров зимой. Крыши автобусных остановок имеют два размера: 4,25 × 1,8 м и 3 × 1,3 м. Конструкция автобусных остановок состоит из несущих колонн размером 6 см × 6 см, изготовленных из горячеоцинкованной стали и покрытых порошковой краской антрацитово-серого цвета. Все несущие элементы остановок прикреплены болтами к бетонным фундаментам. Крыши также изготовлены из горячеоцинкованной стали и покрыты порошковой краской антрацитово-серого цвета, их толщина составляет от 4 до 7 см. В более глубокой части остановки в каждом углу расположены водоотводы.
К 2025 году в Любляне было установлено в общей сложности 75 зеленых крыш на 41 участке, что добавило более 300 м² новых зеленых насаждений. В некоторых местах две автобусные остановки расположены рядом, так называемые «двойные автобусные остановки».
Важно отметить, что эти установки полностью автономны: они не требуют полива, удобрения, пересадки или постоянного обслуживания.
Исходя из ожидаемых условий окружающей среды (неглубокий слой почвы, сильное УФ-В-излучение, засуха) на крышах автобусных остановок, были отобраны виды, устойчивые к этим факторам.
С точки зрения морфологической адаптации к специфической среде остановок были отобраны местные виды с неглубокой корневой системой, которые не вырастают очень высокими.
Некоторые из них имеют подушковидную форму роста, например, седумы, и могут также разрастаться вегетативно. Эти характеристики в основном встречаются у видов растений, произрастающих в словенском карсте, где засуха наступает очень рано в году, УФ-В-излучение высокое в течение всего года, а почва очень неглубокая. Виды карстовых растений характеризуются толстой кутикулой листьев, предотвращающей чрезмерное испарение воды, наличием серых пигментов и антоцианов, которые вместе с толстой кутикулой предотвращают повреждение от УФ-В излучения, а также подушковидной формой роста, обеспечивающей удержание влаги внутри подушки. Также характерны линейные, игольчатые или мелкие листья, уменьшенная площадь поверхности которых предотвращает чрезмерную потерю воды. Неглубокая и разветвленная корневая система позволяет растению эффективно закрепляться среди камней и извлекать воду из трещин. Многие виды карстовых растений также содержат эфирные масла, которые обеспечивают дополнительную защиту от повреждения УФ-В излучением.
Седумы высаживали по краям крыши, а в центре – таволгу, веронику колосистую, чабер горный. Также использовались другие растения, такие как виды галантуса (подснежники), весенник зимующий и сибирский ирис, в целом до 140 саженцев на каждую остановку. Затем поверх посаженных укрытий был рассыпан слой известняковой гальки размером от 8 до 14 мм, задача которой — согревать растения зимой, охлаждать их летом и смягчать воздействие дождевых капель во время дождя.
Инициатива в Любляне осуществляется Департаментом охраны окружающей среды города в партнерстве с Университетским ботаническим садом Любляны, компанией Europlakat (оператор автобусных остановок, в рамках государственно-частного партнерства), компанией общественного пассажирского транспорта (JP LPP), муниципальным департаментом коммерческой деятельности и дорожного движения и городской службой цифровизации.
Источник: Horticulturae 2026, doi.org/10.3390/horticulturae12010120
На заглавном фото: озеленение крыши автобусной остановки в Любляне (Словения) местными видами растений, выращенными в питомнике Ботанического сада Люблянского университета. Автор фото: Дж. Бавкон.
В современном мире туризм постепенно меняет свою философию. Люди всё чаще ищут не просто отдых, а смысловой опыт, возможность прикоснуться к природе, поработать на земле и почувствовать себя частью местного сообщества. Одним из таких новых направлений становится платный волонтерский сельский туризм, который в последние годы активно развивается в Японии.
Причины появления этой модели связаны с серьезными социально-экономическими изменениями в стране. Сельские районы Японии сталкиваются со старением населения и нехваткой рабочих рук в сельском хозяйстве. Одновременно жители крупных городов начинают проявлять растущий интерес к экологичному и осознанному отдыху, который позволяет на время уйти от городской суеты и попробовать себя в сельской жизни. Именно на пересечении этих двух тенденций и возникла модель платного волонтерского сельского туризма.
Суть данного формата достаточно проста, но в то же время очень эффективна. Горожане или иностранные туристы приезжают в сельские районы и на определённое время становятся участниками жизни фермерских хозяйств. Они могут помогать в сезонных сельскохозяйственных работах — высаживать рис, собирать урожай фруктов и овощей, ухаживать за садами, заниматься огородом или выполнять другие повседневные сельские задачи. За это они получают возможность проживать в фермерских домах, знакомиться с традиционным укладом жизни, участвовать в приготовлении местных блюд и погружаться в культурную атмосферу японской деревни.
Во многих программах участники оплачивают проживание или организационный взнос, поэтому подобный формат называют платным волонтерством. Однако смысл таких поездок заключается не в заработке, а в обмене опытом. Туристы получают уникальные знания о сельском хозяйстве, традициях и культуре, а фермеры — дополнительную помощь в период активных полевых работ. В результате формируется новая форма взаимодействия между городом и деревней, где обе стороны получают взаимную выгоду.
Кроме сельскохозяйственных работ, программы сельского туризма в Японии часто включают и другие виды активности. Участники могут учиться готовить традиционные блюда из свежих местных продуктов, заниматься рыбалкой, участвовать в ремесленных мастер-классах или просто путешествовать по живописной сельской местности. В некоторых регионах такие программы проходят в старинных деревнях или традиционных домах, что делает путешествие еще более аутентичным.
Японский опыт показывает, что подобная модель приносит сразу несколько положительных эффектов. Во-первых, она помогает поддерживать сельское хозяйство, предоставляя фермерам дополнительную рабочую силу в периоды высокой нагрузки. Во-вторых, она способствует развитию сельских территорий и стимулирует местную экономику за счёт притока туристов. В-третьих, она укрепляет культурные связи между городскими и сельскими жителями, формируя у людей более глубокое понимание природы и происхождения продуктов питания.
Фактически платный волонтерский сельский туризм стал частью более широкой концепции устойчивого развития сельских территорий. Он помогает сохранять традиционные сельские уклады, поддерживать местные сообщества и одновременно развивать внутренний и международный туризм.
Интересно, что подобная модель может быть весьма перспективной и для Узбекистана. Страна обладает богатым сельскохозяйственным потенциалом, разнообразными природными ландшафтами и уникальными культурными традициями. Фермерские хозяйства, сады, виноградники, горные пастбища и ремесленные деревни создают благоприятные условия для развития агротуризма и сельских туристических программ.
Особенно перспективными регионами для внедрения подобных инициатив могут стать Ферганская долина, Самаркандская и Бухарская области, горные районы Ташкентской и Джизакской областей, а также Каракалпакстан и Приаралье. Здесь туристы могли бы участвовать в сборе фруктов, уходе за виноградниками, традиционном шелководстве, приготовлении национальных блюд, а также в экологических и природоохранных проектах.
Для успешного развития платного волонтерского сельского туризма в Узбекистане можно предложить несколько практических рекомендаций. Прежде всего, целесообразно создать пилотные программы агроволонтерского туризма на базе фермерских хозяйств и сельских гостевых домов. Такие проекты могли бы принимать небольшие группы туристов и предоставлять им возможность участвовать в сельской жизни и сезонных работах.
Вторым важным шагом может стать создание национальной онлайн-платформы, которая объединит фермеров, туристические компании и потенциальных участников программ. Это позволит формировать прозрачный рынок сельского туризма и продвигать подобные инициативы на международном уровне.
Также важно интегрировать агроволонтерский туризм с другими направлениями — гастрономическим, экологическим и культурным туризмом. Туристы могли бы не только работать на фермах, но и посещать мастер-классы по ремеслам, участвовать в национальных праздниках и знакомиться с историей регионов.
Отдельное внимание стоит уделить образовательным программам для молодежи и студентов. Участие в сельских волонтерских программах может стать частью практики в аграрных университетах или международных обменов.
Таким образом, опыт Японии показывает, что платный волонтерский сельский туризм способен стать эффективным инструментом развития сельских территорий, поддержки фермеров и продвижения устойчивого туризма. Для Узбекистана внедрение подобных инициатив может открыть новые возможности для диверсификации сельской экономики, развития агро- и экотуризма и укрепления связи между городом и деревней.
Подготовил:
Адилов Кабулжан, Исполнительный директор Общественного объединения Фонд «Agroinnovatsiya»
2 марта 2026 года в городе Ташкенте состоялась рабочая встреча между руководством Центра агроинформации и инновации Узбекистана, Общественного объединения Фонд «Agroinnovatsiya» и делегацией ведущих сербских агропромышленных компаний — FLORIVA и Ned Boske.
Во встрече приняли участие Директор Центра агроинформации и инновации Узбекистана Юлдашев Мирзохид, Исполнительный директор Фонда «Agroinnovatsiya» Адилов Кабулжан, руководитель компании FLORIVA Зоран Радованович и руководитель компании Ned Boske Александр Йованович.
Основной целью переговоров стало развитие двустороннего сотрудничества в сфере внедрения современных агротехнологий, расширения ассортимента высококачественного посадочного материала, сотрудничества между агропромышленным сектором Узбекистана и сербскими поставщиками саженцев и агротехнологий, обсуждение возможностей внедрения современных сортов плодово-ягодных культур и субстратов от ведущих европейских производителей, а также обмен передовым европейским опытом в области выращивания плодово-ягодных культур.
В ходе встречи сербская сторона представила инновационные решения в области производства сертифицированных саженцев ягодных и плодовых культур, а также современные технологии выращивания, направленные на повышение урожайности, устойчивости растений и качества продукции. Особое внимание было уделено вопросам адаптации сортов к климатическим условиям Узбекистана, перспективам пилотных проектов и организации демонстрационных участков.
Стороны выразили заинтересованность в дальнейшем развитии партнерских отношений, включая обмен технической информацией, организацию обучающих мероприятий для фермеров и специалистов, а также проработку механизмов поставок посадочного материала и технологического сопровождения.
По итогам встречи достигнута договоренность о продолжении консультаций и подготовке практических шагов по реализации совместных инициатив в сфере агроинноваций и устойчивого сельского хозяйства.
Развитие международного сотрудничества в аграрной сфере является важным шагом на пути модернизации сельского хозяйства Узбекистана и повышения его конкурентоспособности на мировом рынке.
Для справки:
FLORIVA – семейная сербская компания, специализирующаяся на производстве сертифицированных саженцев ягодных культур (малина, ежевика) и кокосовых субстратах для интенсивного выращивания растений.
Ned Boske – сербский питомник плодовых и виноградных саженцев, известный высоким качеством посадочного материала и работой по адаптации сортов к различным климатическим условиям.
Подготовил:
К.Адилов — исполнительный директор Общественного объединения Фонд «Agroinnovatsiya»
Принят Указ Президента Республики Узбекистан №22 «О Государственной программе по реализации программ реформ по приоритетным направлениям в «Год развития махалли и всего общества» и Стратегии «Узбекистан – 2030»
В документе обозначены ключевые направления по обеспечению экологического баланса и рациональному использованию водных ресурсов.
В частности, согласно Указу, за счёт внедрения передовых технологий предусмотрено сэкономить 7 млрд кубических метров природного газа и предотвратить выброс в атмосферу 11 млн тонн вредных веществ. Также с 2026/2027 учебного года планируется создать 14 «зелёных» техникумов в регионах страны на основе дуального образования.
Кроме того, намечено наладить утилизацию автомобилей с истёкшим сроком эксплуатации и переработку их компонентов, а также в целях стимулирования приобретения электромобилей предоставлять населению кредиты по ставке до 16 процентов.
Отдельное внимание уделено вопросам водосбережения. В частности, за счёт внедрения водосберегающих технологий на площади 504 тыс. гектаров планируется сэкономить 5 млрд кубических метров воды. Также предусмотрена бетонизация 1,3 тыс. км каналов, оросительных сетей и других ирригационных объектов, что позволит дополнительно экономить до 500 млн кубических метров воды ежегодно.
Согласно Указу, для граждан, осуществляющих деятельность в качестве самозанятых и оказывающих услуги такси на электромобилях, будут созданы ряд льгот. В частности, им предоставляется скидка до 10 процентов при уплате установленного социального налога, а также разрешается бесплатное пользование до 30 минут платными парковками государственных организаций, включая аэропорты и железнодорожные вокзалы. Кроме того, гражданам, оказавшим услуги такси на протяжении 1 млн километров без совершения правонарушений и дорожно-транспортных происшествий, будет вручаться нагрудный знак «Защитник природы».
Наряду с этим в регионах республики, где часто наблюдаются пыльные бури, будут реализованы необходимые меры по охране здоровья населения. В частности, планируется создание зелёных садов и «зелёных стен», посадка деревьев и кустарников на площади 365 тыс. гектаров, а также обустройство в каждом регионе ботанических и дендрологических садов и тенистых прогулочных аллей.
Геотермальная энергетика: мировой опыт и перспективы Узбекистана
Геотермальная энергетика постепенно переходит из категории нишевых технологий в разряд стратегически важных элементов устойчивых энергосистем. В отличие от солнечной и ветровой генерации, геотермальные установки обеспечивают стабильную круглогодичную выработку и способны работать в режиме базовой нагрузки, что делает их особенно ценными для балансировки энергосистем.
На фоне ускоряющегося глобального энергетического перехода геотермальная энергетика постепенно выходит из статуса нишевой технологии и начинает рассматриваться как стратегически важный элемент устойчивых энергосистем. В отличие от солнечной и ветровой генерации, геотермальная энергия обеспечивает стабильную круглогодичную выработку с высоким коэффициентом использования установленной мощности, что делает её особенно ценной для балансировки энергосистем с растущей долей переменных возобновляемых источников. По данным Международного агентства по возобновляемой энергии (IRENA), к концу 2024 года установленная мощность геотермальной энергетики в мире достигла около 15,4 ГВт, увеличившись по сравнению с 13,0 ГВт в 2020 году, при этом рост остаётся умеренным, но устойчивым.
Геотермальная энергия сегодня используется в 35 странах мира, а более 93% глобальной установленной мощности сосредоточено в десяти ведущих странах. Лидерами являются США, Индонезия, Филиппины, Турция, Новая Зеландия, Кения и Исландия — страны, где геотермальная энергия играет важную роль как в производстве электроэнергии, так и в системах теплоснабжения. Показательным примером является Исландия, где геотермальные источники обеспечивают свыше 90% потребностей страны в тепле, а также значительную долю электроэнергии, демонстрируя потенциал глубокой декарбонизации энергетического сектора за счёт тепла недр Земли
По состоянию на 2025 год мировая установленная мощность геотермальной электроэнергетики достигла 17 173 МВт, при этом геотермальное тепло используется более чем в 90 странах. Рост мощностей остаётся умеренным, но устойчивым, с наибольшей динамикой в Индонезии, Турции и странах Восточной Африки.
Таблица 1. Топ‑10 стран по установленной мощности геотермальной энергетики (2025 г.)
| Страна | Мощность, МВт | Доля, в % | Примечание |
| США | 3953 | 23,0 | Соединенные Штаты остаются крупнейшим в мире производителем геотермальной энергии. Показатели мощности претерпели лишь незначительные технические корректировки в 2025 году, и в течение года не было введено в эксплуатацию ни одной крупной новой электростанции. |
| Индонезия | 2742 | 16,0 | В 2025 году Индонезия зафиксировала наибольший прирост мощностей. Новые генерирующие мощности были введены в эксплуатацию на проекте Ijen Unit 1, Lumut Balai Unit 2 и бинарной энергосистеме на электростанции Salak, что укрепило позиции Индонезии как самого быстрорастущего крупного рынка геотермальной энергии в мире. |
| Филиппины | 2034 | 11,8 | Филиппины увеличили мощность за счет бинарной электростанции Танавон в комплексе BacMan II, продолжая свою стратегию оптимизации существующих геотермальных месторождений. |
| Турция | 1797 | 10,5 | В 2025 году Турция ввела в эксплуатацию три новые электростанции, включая «Эмир», «Хез Морали» и второй энергоблок «Незихе Берен». Страна остается крупнейшим в Европе производителем геотермальной энергии. |
| Новая Зеландия | 1259 | 7,3 | Данные по Новой Зеландии были пересмотрены в сторону увеличения с учетом третьего энергоблока электростанции Те-Хука, введенного в эксплуатацию незадолго до конца 2024 года. В 2025 году дополнительная мощность, подключенная к сети, не была увеличена. Новая геотермальная электростанция TOPP 2 начала тестовую эксплуатацию, но к концу года официально не была подключена к сети. Уровень геотермальной установленной мощности превышает 1,2 ГВт, и геотермальная энергия составляет около 17,8 % всей электроэнергии страны, что отражает интенсивное развитие технологий и высокую степень их использования в энергетическом балансе страны. |
| Кения | 980 | 5,7 | Установленная мощность электростанций в Кении в 2025 году осталась неизменной. Следует отметить, что геотермальная энергия покрывает значительную долю энергопотребления, и с установленной мощностью страна входит в число региональных лидеров и делает её заметным участником глобального геотермального рынка. Продолжаются строительные работы на нескольких площадках, но в течение года новые энергоблоки не были введены в эксплуатацию. |
| Мексика | 976 | 5,7 | Геотермальные мощности Мексики также оставались стабильными, и в 2025 году не было зафиксировано подтвержденных новых вводов в эксплуатацию. В стране работает один из крупнейших геотермальных комплексов — Cerro Prieto, чья общая установленная мощность составляет более 800 МВт, что делает Мексику заметным игроком в секторе геотермальной энергетики. |
| Италия | 916 | 5,3 | Установленная мощность электростанций в Италии осталась неизменной после корректировки данных, проведенной в предыдущие годы. |
| Исландия | 808 | 4,7 | Исландия увеличила мощность геотермальной электростанции Свартсенги на 22 МВт, что отражает продолжающееся поэтапное развитие существующих месторождений. Геотермальная энергетика используется не только для выработки электроэнергии, но и для отопления и других нужд: в этой небольшой стране более 70 % энергии поступает из геотермальных источников, что отражает исключительную степень интеграции геотермальных технологий в национальную энергетическую инфраструктуру |
| Япония | 607 | 3,5 | Мощность геотермальной энергетики Японии в 2025 году осталась неизменной, в отличие от меньших объемов, введенных в эксплуатацию в предыдущие годы. |
| Другие страны | 1101 | 6,5 | В мире геотермальная электроэнергия уже эксплуатируется в более чем 28 странах, включая страны Европы, Латинской Америки, Африки и Азии. В ряде стран Европы и Азии ведутся активные проекты развития: в Германии, Хорватии, Австрии, Швейцарии и России имеются как действующие установки, так и планы расширения мощностей |
| Всего | 17173 | 100 | |
| Источник: ThinkGeoEnergy, IRENA |
Глобальный анализ IRENA показывает, что геотермальная энергетика обеспечивает менее 1% мировой выработки электроэнергии из ВИЭ, однако её значение непропорционально выше благодаря базовой нагрузке и возможности предоставления вспомогательных услуг энергосистеме. Средневзвешенная приведённая стоимость электроэнергии (LCOE) геотермальных проектов в 2024 году составила около 0,060 долл. США/кВт·ч, что сопоставимо с ископаемыми источниками и делает геотермальную энергию конкурентоспособной в долгосрочной перспективе, особенно с учётом ценовой волатильности газа и угля
В Узбекистане геотермальные воды выявлены практически во всех регионах. По результатам многолетних геолого‑гидрологических исследований идентифицировано 8 крупных гидротермальных бассейнов, а валовой потенциал геотермальных вод оценивается примерно в 171 тыс. тонн нефтяного эквивалента.
Средняя температура геотермальных вод по стране составляет около 45,5 °C, при этом в ряде регионов зафиксированы значительно более высокие значения, позволяющие использовать ресурсы как для теплоснабжения, так и для электроэнергетики.
Таблица 2. Геотермальные ресурсы и энергетический потенциал Узбекистана
| Регион | Глубина скважин (м) | Температура геотермальных вод (°C) | Дебит скважин | Потенциал (МВт) |
| Ташкентская область | 2200–2500 | 60–70 | — | 70 |
| Ферганская долина | 1800–2200 | 70–85 | 75–85 м³/ч | 120 |
| Самаркандская область | 2000–2400 | 65–80 | 65–80 м³/ч | 60 |
| Бухарская область | 2000–2400 | 75–95 | 65–80 м³/ч | 90 |
| Кашкадарьинская область | 1900–2300 | 70–90 | 70–90 м³/ч | 100 |
| Сурхандарьинская область | 1900–2300 | 75–95 | 70–90 м³/ч | 70 |
| Хорезмская область | 2300–2800 | 50–65 | 50–65 м³/ч | 40 |
| Республика Каракалпакстан | 2300–2800 | 55–70 | 50–65 м³/ч | 60 |
Представленные данные показывают, что геотермальные ресурсы распределены по территории Узбекистана неравномерно, однако практически все регионы обладают технически пригодными температурами для прямого использования тепла. Наиболее благоприятные параметры зафиксированы в Ферганской долине, Бухарской, Кашкадарьинской и Сурхандарьинской областях, где температуры достигают 75–95 °C при глубинах до 2,3–2,4 км. Такие условия являются оптимальными для систем централизованного теплоснабжения, тепличного хозяйства и агропромышленных комплексов. Регионы с более низкими температурами (Хорезм, Каракалпакстан, Ташкентская область) также представляют интерес при использовании геотермальных тепловых насосов.
На основе агрегированных региональных оценок совокупный технический потенциал геотермальной энергетики Узбекистана оценивается примерно в 610 МВт. Оценка указывает на реальную возможность формирования нового сегмента энергетики, ориентированного прежде всего на тепловую генерацию. Наибольший вклад в общий потенциал вносят Ферганская, Кашкадарьинская и Бухарская области, что делает их приоритетными территориями для пилотных и демонстрационных проектов. Даже частичная реализация этого потенциала способна существенно снизить нагрузку на газовую генерацию в системах теплоснабжения.
На первом этапе целесообразно реализовать пилотные геотермальные проекты, ориентированные на теплоснабжение, тепличное хозяйство и комбинированные решения.
Таблица 3. Пилотные геотермальные проекты (2026–2028 гг.)
| Регион | Мощность пилотной станции |
| Ферганская область | 5 МВт |
| Кашкадарьинская область | 3 МВт |
| Самаркандская область | 4 МВт |
| ИТОГО (пилот) | 12 МВт |
Пилотные проекты ориентированы на регионы с наиболее подтверждёнными геотермальными параметрами и развитым спросом на тепло. Реализация станций мощностью 3–5 МВт позволит отработать технологические решения, накопить эксплуатационный опыт и сформировать нормативно‑регуляторную базу для последующего масштабирования. Эти объекты рассматриваются не только как источники энергии, но и как демонстрационные площадки для привлечения частных инвестиций.
Таблица 4. Этапы внедрения геотермальной энергетики
| Этап | Период | Ключевые параметры |
| Этап I | 2026–2028 | Пилотные станции (12 МВт) |
| Этап II | 2028–2030 | Строительство ~20 станций общей мощностью 60–90 МВт |
| Этап III | 2031–2035 | Доведение установленной мощности до 220 МВт |
| Локализация оборудования | — | 50–60 % |
Предлагаемая поэтапная модель внедрения геотермальной энергетики в Узбекистане отражает прагматичный и институционально устойчивый подход к формированию нового сегмента энергетического рынка. Первый этап, рассчитанный на 2026–2028 годы, предусматривает реализацию пилотных проектов суммарной мощностью около 12 МВт. Основная цель данного этапа заключается не столько в достижении значимого объёма генерации, сколько в подтверждении ресурсной базы, тестировании технологических решений и формировании нормативно-правовой и финансовой модели для последующего масштабирования. Пилотные станции позволяют минимизировать инвестиционные риски, накопить практический опыт эксплуатации и обеспечить прозрачность экономических показателей для потенциальных инвесторов и международных партнёров.
Второй этап, запланированный на период 2028–2030 годов, предполагает переход от демонстрационных проектов к серийному строительству геотермальных объектов. В рамках этого этапа предполагается создание 15–20 станций общей мощностью 60–90 МВт. Это уже масштаб, способный оказать ощутимое влияние на региональные системы теплоснабжения и сократить потребление природного газа в коммунальном секторе. На данном этапе особое значение приобретает интеграция геотермальных установок в существующую инфраструктуру теплоснабжения и промышленного потребления тепла, а также формирование устойчивых механизмов финансирования и тарифного регулирования.
Третий этап, охватывающий период 2031–2035 годов, ориентирован на доведение установленной мощности до уровня около 220 МВт и превращение геотермальной энергетики в системный элемент национального энергетического баланса. На этом этапе геотермальные проекты могут быть интегрированы в долгосрочные программы регионального развития, включая агропромышленный сектор, индустриальные зоны и жилищно-коммунальное хозяйство. Масштабирование производства оборудования и локализация технологических компонентов до 50–60 % создадут дополнительные экономические эффекты в виде новых рабочих мест и развития смежных отраслей.
В целом поэтапный подход позволяет распределить финансовую нагрузку на протяжении почти десятилетия, снизить технологические и инвестиционные риски и обеспечить устойчивое институциональное развитие отрасли. Такая модель соответствует международной практике и делает реализацию геотермальной энергетики в Узбекистане реалистичной и управляемой в долгосрочной перспективе.
Геотермальная энергетика обладает значительным потенциалом декарбонизации и повышения энергетической устойчивости страны.
Таблица 5. Экологические и энергетические эффекты
| Показатель | Значение |
| Снижение выбросов CO₂ | до 22 000 т CO₂ на 50 МВт |
| Срок эксплуатации объектов | ≥ 30 лет |
| Зависимость от погодных условий | Отсутствует |
| Возможность каскадного использования | Энергия + Агропромышленный комплекс + Жилищно-коммунальное хозяйство |
Представленные в таблице экологические и энергетические эффекты демонстрируют, что внедрение геотермальной энергетики в Узбекистане имеет комплексное значение, выходящее за рамки исключительно энергетической функции. Одним из ключевых показателей является сокращение выбросов углекислого газа — до 22 тысяч тонн CO₂ на каждые 50 МВт установленной мощности. Этот показатель отражает способность геотермальной энергетики эффективно замещать традиционные источники теплоснабжения и частично электроэнергетики, основанные на сжигании природного газа. В условиях постепенного ужесточения климатической повестки и обязательств по декарбонизации такой вклад приобретает стратегическое значение и способствует достижению национальных целей по снижению выбросов парниковых газов.
Важным энергетическим преимуществом геотермальных проектов является длительный срок эксплуатации, превышающий 30 лет. Это означает, что инвестиции в развитие отрасли обеспечивают устойчивый долгосрочный эффект, а ресурс при рациональном управлении способен сохранять стабильные параметры на протяжении нескольких десятилетий. В отличие от ископаемых видов топлива, где ресурс истощается в процессе использования, геотермальная энергия при правильной реинжекции теплоносителя может эксплуатироваться без существенного снижения эффективности.
Существенным фактором устойчивости является отсутствие зависимости от погодных условий. Геотермальные установки не подвержены колебаниям выработки, связанным с солнечной инсоляцией, ветровой активностью или гидрологическим режимом. Это делает их особенно ценными в условиях климатической нестабильности, характерной для Центральной Азии, где учащаются периоды экстремальной жары, засух и дефицита воды. Системная устойчивость геотермальной энергетики снижает нагрузку на резервные газовые мощности и повышает общую надежность энергоснабжения.
Дополнительное значение имеет возможность каскадного использования тепла. Геотермальная энергия может последовательно применяться в нескольких секторах — от выработки электроэнергии или централизованного теплоснабжения до тепличного хозяйства, аквакультуры, промышленного тепла и коммунальной инфраструктуры. Такой подход позволяет максимально эффективно использовать ресурс и повышать общий коэффициент полезного использования энергии. В социально-экономическом измерении это способствует развитию регионов, созданию рабочих мест и снижению затрат на энергию для населения и бизнеса.
Таким образом, экологические и энергетические эффекты геотермальной энергетики имеют не локальный, а системный характер, сочетая климатическую, энергетическую и социально-экономическую устойчивость. Это подтверждает, что развитие геотермии в Узбекистане может рассматриваться не только как энергетический проект, но и как элемент долгосрочной стратегии устойчивого развития страны.
Для выработки сбалансированной энергетической политики важно рассматривать геотермальную энергетику в сопоставлении с другими возобновляемыми источниками энергии, прежде всего солнечной и ветровой генерацией.
Таблица 6. Сравнение геотермальной, солнечной и ветровой энергетики
| Параметр | Геотермальная энергия | Солнечная энергия | Ветровая энергия |
| Режим работы | Круглогодичный (24/7) | Дневной, сезонный | Переменный |
| Зависимость от погоды | Отсутствует | Высокая | Высокая |
| Коэффициент использования мощности | 80–95 % | 18–22 % | 30–40 % |
| Возможность базовой нагрузки | Да | Нет | Ограниченно |
| Основное применение в Узбекистане | Тепло, ГВС, АПК | Электрогенерация | Электрогенерация |
Сравнение геотермальной, солнечной и ветровой энергетики показывает принципиальные различия в их функциональной роли в энергетической системе. Геотермальная энергетика отличается возможностью непрерывной круглогодичной работы в режиме базовой нагрузки, что делает её сопоставимой по системной значимости с традиционными тепловыми электростанциями. В отличие от неё, солнечная и ветровая генерация характеризуются высокой зависимостью от погодных условий и времени суток, что приводит к существенным колебаниям объёмов выработки и требует наличия резервных мощностей или систем накопления энергии.
Ключевым преимуществом геотермальной энергетики является её практически полная независимость от климатических факторов. Даже в условиях экстремальных температур, пыльных бурь или отсутствия ветра геотермальные установки сохраняют стабильную производительность, что особенно важно для стран с резко континентальным климатом, таких как Узбекистан. Высокий коэффициент использования установленной мощности геотермальных станций, достигающий 80–95 %, означает, что большая часть установленной мощности реально задействована в течение года. Для сравнения, солнечные электростанции имеют коэффициент использования мощности на уровне 18–22 %, а ветровые — порядка 30–40 %, что снижает их фактический вклад в энергоснабжение при равной номинальной мощности.
С практической точки зрения это означает, что один мегаватт геотермальной установленной мощности способен обеспечить сопоставимый объём годовой выработки с несколькими мегаваттами солнечной или ветровой генерации. В условиях энергосистемы Узбекистана это приобретает особое значение, поскольку высокая доля переменных источников без достаточной базовой генерации увеличивает нагрузку на газовые электростанции и снижает общую устойчивость системы. Геотермальная энергетика, напротив, способна выполнять стабилизирующую функцию, снижая потребность в резервировании и обеспечивая предсказуемость энергоснабжения.
Важно отметить, что геотермальная энергетика не конкурирует напрямую с солнечной и ветровой, а органично дополняет их. В национальном контексте её наибольшая эффективность проявляется в сфере теплоснабжения, горячего водоснабжения, агропромышленного комплекса и промышленного тепла, где солнечные и ветровые технологии применимы в ограниченной степени. Таким образом, представленные в таблице данные подтверждают, что геотермальная энергетика является ключевым системным элементом портфеля возобновляемых источников энергии, обеспечивающим надёжность, устойчивость и баланс между переменной и базовой генерацией.
Экономическая эффективность геотермальных проектов определяется оптимальным сочетанием температуры ресурса, глубины бурения и дебита скважин. Международная практика показывает, что для стран без активного вулканизма наибольшую эффективность демонстрируют неглубокие и среднеглубокие проекты с прямым использованием тепла.
Таблица 7. Коммерческие пороги геотермальных проектов
| Параметр | Типичные значения для Узбекистана |
| Экономически целесообразная глубина | до 3 км |
| Рабочий температурный диапазон | 60–120 °C |
| Приоритетные технологии | Direct use, Binary (ORC) |
| Срок эксплуатации объектов | ≥ 30 лет |
| Риск геологоразведки | Средний, управляемый |
Анализ коммерческих порогов геотермальных проектов показывает, что их экономическая жизнеспособность определяется не максимальными температурными или глубинными показателями, а оптимальным балансом между глубиной бурения, температурой ресурса и возможностями его практического использования. Для условий Узбекистана экономически целесообразной считается разработка геотермальных ресурсов на глубинах до 3 км, поскольку именно на этом уровне достигается приемлемое соотношение между затратами на бурение и получаемой тепловой энергией. Увеличение глубины скважин приводит к резкому росту капитальных затрат и технических рисков, тогда как прирост температуры не всегда компенсирует дополнительные инвестиции.
Рабочий температурный диапазон 60–120 °C, представленный в таблице, соответствует наиболее востребованным и проверенным направлениям применения геотермальной энергии, прежде всего прямому использованию тепла в системах отопления, горячего водоснабжения, тепличного хозяйства и промышленного теплоснабжения. В этом диапазоне геотермальная энергия может использоваться без сложных технологических преобразований, что снижает эксплуатационные расходы и повышает надёжность проектов. Именно поэтому технологии прямого использования тепла и бинарные установки (ORC) рассматриваются как приоритетные для стран с умеренным геотермальным потенциалом, не связанным с активным вулканизмом.
Срок эксплуатации геотермальных объектов, превышающий 30 лет, является важным фактором их инвестиционной привлекательности, поскольку позволяет распределить первоначальные капитальные затраты на длительный период и обеспечить стабильный денежный поток. В отличие от многих других энергетических технологий, геотермальные проекты характеризуются относительно низкими эксплуатационными расходами после ввода в эксплуатацию, что делает их особенно устойчивыми к колебаниям цен на топливо и изменениям рыночной конъюнктуры.
Отдельного внимания заслуживает оценка геологоразведочных рисков, которые в таблице определены как средние и управляемые. Это означает, что при наличии накопленных геологических и нефтегазовых данных, которыми располагает Узбекистан, значительная часть неопределённостей может быть снижена ещё на стадии предпроектных исследований. В совокупности представленные коммерческие пороги свидетельствуют о том, что геотермальные проекты в Узбекистане являются не экспериментальными инициативами, а технически и экономически обоснованными решениями, особенно в сегменте теплоснабжения и децентрализованных энергетических систем.
В условиях роста климатических экстремумов геотермальная энергетика приобретает особое значение как источник устойчивого тепла и энергии. В отличие от традиционной тепловой генерации, геотермальные установки характеризуются минимальными выбросами и низкой водной нагрузкой.
Таблица 8. Экологические эффекты внедрения геотермальной энергетики в Узбекистане
| Показатель | Количественная оценка |
| Снижение выбросов CO₂ | до 22 тыс. т на каждые 50 МВт |
| Замещение природного газа | до 3–5 млрд м³/год (потенциал) |
| Зависимость от водных ресурсов | Низкая |
| Устойчивость к засухам и жаре | Очень высокая |
Анализ экологических эффектов внедрения геотермальной энергетики в Узбекистане показывает, что данное направление обладает значительным потенциалом снижения антропогенной нагрузки на окружающую среду при одновременном укреплении энергетической устойчивости страны. Сокращение выбросов углекислого газа на уровне до 22 тысяч тонн CO₂ на каждые 50 МВт установленной геотермальной мощности свидетельствует о высокой климатической эффективности технологии, особенно в сравнении с традиционными источниками теплоснабжения, основанными на сжигании природного газа. При масштабировании геотермальных проектов данный эффект может носить системный характер и вносить существенный вклад в выполнение национальных обязательств по снижению выбросов парниковых газов.
Важным экологическим преимуществом геотермальной энергетики является её независимость от погодных и климатических условий, что особенно актуально для Узбекистана в условиях учащающихся засух, экстремальной жары и дефицита водных ресурсов. В отличие от гидроэнергетики или некоторых других видов ВИЭ, геотермальные установки не требуют значительных объёмов поверхностной воды и не зависят от сезонных колебаний стока, что делает их устойчивыми к климатическим рискам и повышает надёжность энергоснабжения.
Дополнительное значение имеет возможность каскадного использования геотермального тепла, при котором одна и та же тепловая энергия последовательно применяется в энергетике, агропромышленном комплексе и коммунальном хозяйстве. Такой подход позволяет максимально эффективно использовать ресурс, снижать удельные выбросы и уменьшать совокупное воздействие на окружающую среду. В долгосрочной перспективе это способствует формированию более устойчивых региональных систем теплоснабжения, снижению уровня загрязнения воздуха в городах и повышению качества жизни населения.
В совокупности экологические показатели, представленные в таблице, подтверждают, что геотермальная энергетика является не только энергетическим, но и экологическим инструментом развития, способным одновременно решать задачи декарбонизации, адаптации к изменению климата и рационального использования природных ресурсов в Узбекистане.
Мировой опыт (Исландия, Турция, Индонезия) показывает, что ключевым фактором масштабирования геотермальной энергетики является активная роль государства на ранних стадиях проектов, прежде всего в части снижения геологических и инвестиционных рисков.
Таблица 9. Ключевые условия успешного развития геотермии
| Направление | Практика |
| Государственная поддержка | Дерискинг разведочного бурения |
| Финансирование | Blended finance (гос + МФИ + частные) |
| Регулирование | Долгосрочные тарифы и лицензии |
| Кадры и НИОКР | Национальные центры компетенций |
Анализ ключевых условий успешного развития геотермальной энергетики показывает, что решающим фактором масштабирования данной технологии является не только наличие природных ресурсов, но и выстроенная институциональная, финансовая и регуляторная среда. Международный опыт стран с развитой геотермальной энергетикой, таких как Турция, Исландия и Индонезия, свидетельствует о том, что активная роль государства на начальных этапах проектов играет критически важную роль в снижении рисков и формировании доверия со стороны частных инвесторов.
Особое значение имеет механизм дерискинга геологоразведочного бурения, поскольку именно стадия подтверждения ресурса связана с наибольшей степенью неопределённости и финансовых рисков. Государственная поддержка в форме софинансирования разведочных работ, гарантий или специализированных фондов позволяет существенно сократить барьеры входа и стимулировать участие частного капитала. Без подобных инструментов геотермальные проекты часто остаются нереализованными, несмотря на подтверждённый ресурсный потенциал.
Не менее важным условием является наличие устойчивых и предсказуемых механизмов финансирования, включая смешанные модели, сочетающие государственные средства, ресурсы международных финансовых институтов и частные инвестиции. Такая модель позволяет распределить риски между участниками и повысить инвестиционную привлекательность проектов. В этом контексте особую роль играют долгосрочные тарифные механизмы и прозрачные лицензии, обеспечивающие стабильность доходов на протяжении всего жизненного цикла геотермальных объектов.
Кадровый и научно-технический потенциал также является неотъемлемым элементом успешного развития геотермии. Создание национальных центров компетенций, развитие прикладных исследований и подготовка специализированных кадров позволяют адаптировать международные технологии к местным условиям и обеспечивать устойчивую эксплуатацию объектов. В совокупности представленные условия формируют системную основу для превращения геотермальной энергетики из пилотного направления в полноценный сектор энергетики Узбекистана, способный вносить долгосрочный вклад в энергетическую безопасность и устойчивое развитие страны.
Проведенный анализ мирового опыта и ресурсного потенциала Узбекистана позволяет сделать вывод о том, что геотермальная энергетика представляет собой стратегически перспективное направление для диверсификации национального энергетического баланса. Несмотря на то что в глобальном масштабе геотермальная энергия обеспечивает менее 1 % выработки электроэнергии из возобновляемых источников, её системная значимость существенно выше благодаря способности работать в режиме базовой нагрузки и обеспечивать стабильность энергосистемы. Международный опыт показывает, что страны, сумевшие интегрировать геотермальную энергетику в долгосрочную энергетическую стратегию, получили не только экологические, но и макроэкономические преимущества, выражающиеся в снижении импортозависимости, устойчивости к ценовой волатильности ископаемого топлива и создании новых технологических компетенций.
Для Узбекистана ключевым выводом является наличие реального, а не декларативного ресурсного потенциала. Геотермальные воды выявлены практически во всех регионах страны, а совокупный технический потенциал оценивается примерно в 610 МВт, что сопоставимо с мощностями крупных региональных теплоэлектроцентралей. Наиболее перспективными территориями являются Ферганская долина, Бухарская, Кашкадарьинская и Сурхандарьинская области, где температурные параметры позволяют эффективно реализовывать проекты прямого использования тепла. Это означает, что геотермальная энергетика в Узбекистане должна рассматриваться прежде всего как источник устойчивого теплоснабжения, а уже затем — как дополнительный источник электроэнергии.
Вторым важным уроком является необходимость поэтапного внедрения. Мировая практика показывает, что резкое масштабирование без накопления институционального и технического опыта приводит к росту рисков и финансовых потерь. Предложенная модель развития на 2026–2035 годы, предусматривающая переход от пилотных проектов к серийному строительству и последующему масштабированию до 220 МВт, соответствует международным подходам и позволяет распределить инвестиционную нагрузку во времени. Такой формат минимизирует геологоразведочные риски, создаёт демонстрационные кейсы и формирует доверие со стороны частных инвесторов.
Третьим ключевым выводом является необходимость активной государственной роли на начальном этапе развития отрасли. Международный опыт Турции, Индонезии и Исландии показывает, что именно механизмы дерискинга разведочного бурения, государственные гарантии и инструменты смешанного финансирования стали триггером масштабного роста геотермальной энергетики. Для Узбекистана создание специализированных механизмов поддержки геологоразведки и внедрение долгосрочных тарифных инструментов могут стать определяющим фактором инвестиционной привлекательности отрасли.
Четвёртым важным уроком является экологическая и климатическая значимость геотермальной энергетики. Сокращение выбросов CO₂ до 22 тыс. тонн на каждые 50 МВт установленной мощности, замещение природного газа и высокая устойчивость к климатическим экстремумам делают геотермальную энергетику важным инструментом выполнения национальных климатических обязательств. В условиях учащающихся засух и роста температур геотермальная энергия способна обеспечить стабильное теплоснабжение без дополнительной нагрузки на водные ресурсы.
Пятый вывод касается структурной роли геотермии в системе возобновляемых источников энергии. В отличие от солнечной и ветровой генерации, геотермальная энергетика не является переменной и может выполнять функцию стабилизирующего элемента энергосистемы. Это особенно актуально для Узбекистана, где активно развивается солнечная энергетика. Сочетание переменных ВИЭ с базовой геотермальной генерацией позволит создать более сбалансированную и устойчивую энергетическую архитектуру.
Наконец, стратегическим уроком является необходимость формирования национальной компетенции в сфере геотермальных технологий. Развитие научных исследований, подготовка специализированных кадров, локализация оборудования до уровня 50–60 % и создание центров компетенций позволят превратить геотермальную энергетику из импортозависимой технологии в внутренний драйвер технологического развития.
Таким образом, геотермальная энергетика в Узбекистане обладает не только ресурсным потенциалом, но и системной логикой развития. При условии поэтапной реализации, государственной поддержки на ранних стадиях и интеграции в национальную энергетическую стратегию она может стать важным элементом энергетической безопасности, декарбонизации и устойчивого социально-экономического развития страны.
Подготовил: Адилов Кобулжан Кадирович,
Исполнительный директор Общественного объединения Фонд «Agroinnovatsiya»
Водно-болотные угодья имеют исключительную важность для людей и природы с учетом непреходящей ценности этих экосистем и получаемых за счет их существования выгод и услуг, в том числе природоохранный, климатический, экологический, социальный, экономический, научный, воспитательный, культурный, рекреационный и эстетический вклад в обеспечение устойчивого развития и благополучия человека.
Водно-болотные угодья — богатейшие резервуары биоразнообразия, и их уничтожение и деградация ставят под угрозу и всю жизнь, обитающую в них. Из 19 500 видов, чья жизнь связана с водой, под угрозой вымирания находится четверть. Для водоплавающих птиц, чья численность неуклонно сокращается с 1980-х годов, важно не только само наличие болот и озер, которые они могут назвать своим домом, но и их местоположение вдоль миграционных путей.
Сегодня в Узбекистане в низовьях Амударьи и в бассейне Аральского моря сохранились озера, водно-болотные угодья и прибрежные экосистемы. Эти экосистемы имеют особое значение, поскольку расположены на очень важных орнитологических маршрутах перелетных птиц. С 2020 по 2022 годы в низовьях Амударьи и в бассейне Аральского моря было создано 6 новых охраняемых территорий общей площадью свыше 4 млн. га.
Узбекистан присоединился к Рамсарской конвенции в 2001 году, ратифицировав ее, и активно участвует в ней, признавая водно-болотные угодья мирового значения и разрабатывая национальные стратегии, включая «Рамсарскую стратегию до 2030 года», с целью сохранения биоразнообразия и устойчивого управления. На сегодняшний день в «Рамсарский» список включены такие важные объекты, как: озеро Денгизкуль, озерная система Айдар-Арнасай, водохранилища Тудакуль и Куимазар, озерная система Судочье и озеро Жылтырбас.
В Республике Узбекистан реализуется совместный проект Национального комитета экологии и изменения климата Республики Узбекистан, Программы развития ООН и Глобального экологического фонда «Сохранение и управление озерами, водно-болотными угодьями и прибрежными коридорами как основа устойчивого и нейтрального к деградации земель ландшафта бассейна Аральского моря, поддерживающего устойчивое жизнеобеспечение» (Aral sea wetlands).
В целевых районах данного проекта расположено большинство жизнеобеспечивающих естественных экосистем — водно-болотных угодий, озер и прибрежных зон бассейна реки Амударьи, в том числе три водно-болотных угодий внесенных в «Рамсарский» список (озера Денгизкуль и Жылтырбас, а также озерная система Судочье ). Кроме того, на этих территориях расположены наиболее деградированные пастбищные угодья и орошаемые территории, большая часть которых подвержены засолению.
Деятельность проекта сфокусирована на устранении факторов, вызывающих деградацию земель, недостаток водных ресурсов и сокращение биоразнообразия, которые напрямую связаны с сокращением и утратой озер, водно-болотных угодий и прибрежного биоразнообразия в данном засушливом ландшафте.
В рамках проекта осуществлены исходная оценка и анализ проблем для разработки рамочной программы интегрированного управления водными ресурсами в нижнем Амударье и бассейне Арала. Реализован анализ условий и возможностей для разработки планов интегрированного управления водными ресурсами (ИУВР) в четырёх целевых районах. Разработана методология оценки потребности в воде для озёр, болот и пойменных территорий с учётом климатических рисков и сезонной изменчивости водности.
За отчетный период сформированы эффективные механизмы обмена информацией с профильными министерствами и ведомствами.
Узбекистан обязуется достичь глобальной цели по достижению нейтралитета в области деградации земель (LDN) к 2030 году в рамках Конвенции Организации Объединенных Наций по борьбе с опустыниванием (UNCCD). Способствуя достижению целей действий по изменению климата, сохранения биоразнообразия и продовольственной безопасности, достижение LDN имеет решающее значение для пути устойчивого развития Узбекистана.
В Муйнакском и Амударьнском районах созданы 11 га новых садов. Также в Муйнакском районе 30 гектаров земель были улучшены посевом люцерны. Это создает возможности для расширения площадей садов и древесных плантаций в регионе Приаралья. Уже через несколько лет деревья начнут плодоносить, тем самым создавая возможности для создания новых рабочих мест и расширят питательную базу для представителей фауны региона, в том числе для миграционных видов животных и птиц.
В течение 2023-2026 годов в рамках проекта поэтапно осуществляются работы по укреплению и развитию пяти новых охраняемых природных территорий: национальные природные парки «Южный Устюрт», «Приаралье», «Центральный Кызылкум», заказники «Судочье-Акпетки», «Борсакелмес», общей площадью более 4 млн га.
Проектом был подготовлен проект постановления Кабинета Министров по определению буферной зоны заповедника Актау-Тамды и направлен в Минэколгии. Постановлением Кабинета Министров № 142 от 5.03.2025 г. определена буферная зона заповедника Актау-Тамды. Разработанная в рамках проекта геоинформационная база данных охраняемых природных территорий приказом Минэкологии № 110 от 10.04.2025 г. передана в отдел ведения государственного кадастра и ведения геоинформационных систем. Эта база данных интегрирована с Единым порталом интерактивных государственных услуг my.gov.uz.
В рамках проекта Aral sea wetlands были подготовлены обновлённые проекты планов управления для следующих территорий:
В рамках проекта было предоставлено различное оборудование, в том числе транспорт (два внедорожника и два квадроцикла), бинокли, фотоловушки, GPS-навигаторы и полевая экипировка, предназначенные для управления охраняемых природных территорий и укрепления их материально-технической базы. Передано оборудование 11 ОПТ Приаралья на общую сумму 275 тыс. долларов.
Построена и оснащена станция мониторинга в национальном природном парке «Южный Устюрт»;
Пробурены и оснащены 2 скважины для поения диких животных в заказнике «Сайгачий»;
Изготовлены и установлены 4 наблюдательные (мониторинговые) вышки на территории ОПТ;
Подготовлены полные списки высших растений и позвоночных животных 11 ОПТ и переданы в Национальный комитет экологии для использования. Составлены перечни рекомендаций по сохранению редких и исчезающих видов растений и животных в разрезе каждой ОПТ, которые направлены в Национальный комитет экологии для практического использования.
Подготовлены Учебный план повышения квалификации научных сотрудников ОПТ и Учебный план повышения квалификации сотрудников охраны ОПТ на базе которых были проведен семинар-тренинг для руководящего состава 11 ОПТ региона Приаралья.
Подготовлены Программы семинар-тренингов «Повышение знаний сотрудников пограничных войск СГБ и МВД в сфере сохранения биоразнообразия и охраняемых природных территорий» на базе которых в Нукусе и Бухаре в 2025 году проведены семинар-тренинги для сотрудников пограничных войск СГБ и МВД.
Осуществлен запуск веб-сайта проекта wetlands.uz и идет реализация информационной кампании для специалистов сферы управления водными ресурсами.
Центральная Азия – это регион, перед которым уже сегодня стоят серьезные задачи по обеспечению водной безопасности, то есть по обеспечению устойчивого доступа населения к достаточному количеству воды приемлемого качества для поддержания благосостояния человека и социально-экономического развития стран, для защиты от связанных с водой загрязнений и бедствий и для сохранения экосистем в климате мира и политической стабильности (ООН, 2013).
Учитывая трансграничный характер водных источников и дефицит водных ресурсов в регионе Центральной Азии (ЦА), важно углублять взаимодействие стран региона по этому вопросу. В рамках проекта Aral Sea Wetlands запланирована серия семинаров по водной дипломатии с участием представителей государственных органов и ННО. Состоявшееся 4 июня 2025 года мероприятие, активными участниками которой стали представители международных организаций-доноров в сфере развития, оказали содействие в формирование платформы для политического диалога и поиска оптимальных путей решения проблем.
Тема Всемирного дня водно-болотных угодий (World Wetlands Day) 2026 года — «Водно-болотные угодья и традиционные знания: почитая культурное наследие» («Wetlands and traditional knowledge: Celebrating cultural heritage»). Эта тема подчеркивает важную роль традиционных знаний в управлении водно-болотными угодьями, поддержании их экосистем и сохранении культурной самобытности сообществ по всему миру.
Всемирный день водно-болотных угодий 2026 года напоминает: защищая водно-болотные угодья, мы сохраняем не только виды и экосистемы, но и культурное разнообразие человечества. Поэтому будущее водно-болотных угодий зависит от нашей способности услышать голоса тех, кто веками жил в гармонии с этими экосистемами. Эта мудрость — руководство к действию для создания более устойчивого будущего, где природа и культура снова станут союзниками в деле сохранения жизни на нашей планете.
Проект Aral Sea Wetlands уже продемонстрировал ощутимые результаты в восстановлении важнейших экосистем, улучшении управления водными ресурсами и поддержке местных сообществ. Полученные в рамках проекта уроки в значительной степени повлияют на формирование более устойчивого будущего, где природа и культура снова станут союзниками в деле сохранения жизни на нашей планете.
Мурод Насыров
руководитель компонента «Международное сотрудничество и управление знаниями»
проекта Aral sea wetlands
